Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Вам не пришло письмо с кодом активации?

Страниц: [1]   Вниз
Печать
Автор Тема: ДЖОН ДИ И ТАЙНЫЕ СООБЩЕСТВА  (Прочитано 4711 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Fr.Baltasar
Иерофант
*****

Карма: 315
Офлайн Офлайн

Пол: Мужской
Сообщений: 940


Глава Т.О.Г.


WWW
« : 02 Апрель 2009, 20:12:32 »

ДЖОН ДИ И ТАЙНЫЕ СООБЩЕСТВА
Рон Хайслер

Джон Ди – ученый и выдающийся маг, ведущий английский математик на протяжении двух десятилетий, лишь в последние годы его репутация стала надлежащим образом освобождаться от напраслины, возведенной эрой воинствующего рационализма на те печально известные эпизоды вызова ангелов, в каковые он был вовлечен в 1580-х годах. Отвратительная редакция ангелических дневников Ди, осуществленная Мериком Касобоном в 1659 году, которая включает не все сохранившиеся книги, дает нам ненамного больше, чем впечатление от патетического стремления Ди к общению с ангелами с разочаровывающее скромными результатами. Мне хотелось бы установить политическое и религиозное значение этих эпизодов, а также найти те ключи к культуре тайных обществ позднеелизаветинской эпохи, которые они дают.
Религиозные воззрения Ди всегда были раздражающе темны. Не вызывает сомнений, что он был своего рода протестантом. Во времена Эдуарда VI он был связан с реформаторами. Курьезный случай в период правления королевы-католички Марии, когда в 1555 году в ходе расследования Court of Requests (комиссия Звездной Палаты) его обвинили в том, что, имея злой умысел, он составил гороскоп королевы и ее испанского супруга, сомнителен, ибо некоторые из его сотоварищей по этому потенциально преступному предприятию впоследствии доказали, что являются самыми что ни наесть преданными слугами католической монархии. [1]

Прошел ли Ди через фамилизм? Мы знаем о его тесных связях с книготорговцем Арнольдом Биркманном, ибо в своем письме, датированном 1604 годом, Иоганн Радермахер упоминает об их встрече в лавке Биркманна более чем за сорок лет до этого. В 1577 году Ди сообщает картографу Абрахаму Ортелиусу (фамилисту), что корреспонденция в Антверпен могла бы быть доставлена слугами Биркманна. [2] Последнего долгое время подозревали в принадлежности к «Семье Любви» (Family of Love) – тайному обществу с несколькими уровнями членства, каковые, очевидно, имели спиритуалистический характер и занять которые могли в равной степени как католики, так и протестанты из Англии, стран Бенилюкс, Германии и Франции. В 1585 году лондонская лавка Биркманна перешла в руки фамилиста Арнольда Милия, который женился на его дочери. [3] Ди жадно исследовал все пограничные области знания, и флирт с фамилизмом должен был быть для него вполне типичным. Один из сотоварищей Ди по учебе, сэр Филип Сидни, был очарован этой сектой: имеется письмо к Сидни его близкого друга, французского ученого Юбера Ланже (Hubert Languet), присланное из Антверпена, где Ланже гостил у печатника Кристофера Плантина, наиболее на сегодняшний день памятного фамилиста. [4] Самым значимым покровителем Ди была королева Елизавета, а факт того, что после смерти ее обвиняли в приверженности этой секте, остался на удивление незамеченным. [5]

Был ли Ди когда-либо посвящен во франкмасонство? Нет ничего, что говорило бы в пользу этого, хотя он, очевидно, энергично интересовался вопросами архитектуры, сферой, каковая в Англии была весьма неразвита даже к середине XVI века, если судить по недостатку печатных работ, доступных на английском языке. У Ди было пять изданий Витрувия; его экземпляр 1567 года испещрен заметками, касательно архитектуры. Мы не располагаем прямыми доказательствами какого-либо интереса к тайнам, связанным с Храмом Царя Соломона. С другой стороны, в 1576 году он написал «Историю Царя Соломона, всех трех лет, его путешествия в Офир, со множеством иных редкостей», [6] фрагменты которой были напечатаны Пурхасом (Purchas) год спустя. [7] Упомянутые путешествия были предприняты моряками Соломона, которого обучили искусству мореплавания мореходы Хирама из Тира, без чьей помощи никогда не был бы, конечно, построен Великий Храм Иерусалимский, что известно каждому масону. В 1590-х по возвращении (весьма благоразумном) после злоключений в Богемии, где по обвинению в ложной трансмутации томился в тюрьме Келли, финансовое положение Ди было довольно шатким. Он неустанно искал службу, которая принесла бы ему финансовую стабильность. Запись в его дневнике от 7 декабря 1594 года гласит: «И на восьмой день, побуждаемая Лордом Адмиралом и отчасти Лордом Бакхерстом, Королева повелела Лорду Архиепископу, чтобы я занял место доктора Дэя в церкви Св. Павла». [8] Чарльзу Говарду, лорду Адмиралу, и Томасу Сэквиллу, лорду Бакхерсту, отводится важная роль Новой книгой конституций (1738) Джеймаса Андерсона: оба они названы Великими Мастерами масонства.

Дабы проникнуть в смысл печально известных сеансов 1580-х, думаю, необходимо в первую очередь взглянуть на коллег Ди. Долгое время игнорировались некоторые моменты переписки Ди с Роджером Эдвардсом, чьи полномочия остаются несколько туманными. Тем не менее, у Эдвардса были весьма обширные связи: среди его покровителей были граф Херефорд, лорд Берли (Burleigh) и, как кажется, сама королева. Существует письмо к Берли, датированное 13 апреля 1574 года, в котором Эдвардс описывает ситуацию в странах Бенилюкс. [9] Книга истинно Благочестивых Псалмов, единственное изданное его произведение посвящено Летиции Деверьё, виконтессе Херефорд. Дочь сэра Фрэнсиса Кноллиса, она была матерью злосчастного Роберта, будущего графа Эссекского. В своем посвящении Эдвардс упоминает, что был «вассалом» графа Херефорда. 29 марта предыдущего года Эдвардс послал Берли трактат для вручения его в подарок королеве. Два месяца спустя, 28 мая, он хвалится мистеру «Марчу», что книга «с благосклонностью была принята» ею. [10]

Разум Эдвардса постоянно одолевали апокалиптические настроения. В 1580 году он написал «Фантастическую книгу» (так озаглавил ее позднейший владелец манускрипта) об «Обращении иудеев», от коего события будет зависеть наступление миллениума. Манускрипт Эдвардса оказался среди бумаг лорда Берли. [11] То, что осталось от его с Ди переписки, датируется промежутком между 13 июля 1579 года и 16 июля 1580. В одном из писем Ди обращается к нему как к «моему возлюбленному другу Р. Эдвардсу». Это было одно из тех писем, что предположительно принадлежало кругу, в чей состав входили «Томас Линкольн» (по-видимому, епископ Линкольнский) и «У. Сестрен». В поврежденном письме, в котором пропущены весьма важные слова, Эдвардс ссылается на «Уильяма Герберта», относительно которого неясно, кто имеется ввиду: граф Пембрукский или апокалиптический поэт. [12] Возможно, последний: Уильям Гарберт из Сейнт-Джиллима, коего Ди упоминает в своей дневниковой записи от 1 мая 1577 года, как приславшего ему некоторые замечания, касательно Monas Hieroglyphica. [13] Гарберт, который в своей поэме поносит и Шекспира, и Самуэля Даниэля, [14] был другом Джошуа Сильвестера, лучшего переводчика Божественных недель дю Барта (Du Bartas); сам Гарберт сделал потерянный ныне перевод Uranus дю Барта, каковой преподнес лорду Ламли. Где-нибудь в другом месте я покажу, что популярность дю Барта в позднеелизаветинскую эпоху основывалась на гугенотском масонском резонансе: его Божественные недели были квазимансонским текстом. [15] В Пророчестве Кэдволлера, последнего Короля Британцев поэт из Уэльса изображает Якова I в образе второго Брута, который вернулся, чтобы вновь объединить королевство британцев, столь лихо разделенное на три части королем Лиром. Как полагает Гарберт, «расчлененная… падением своей первой монархии», Британия будет восстановлена королем, что «объединит три в одном и одно в трех», ознаменовав, тем самым, новый золотой век, в котором война будет посажена на цепь. [16]

Схожие милленаристские настроения никогда не были чужды и рассудку Роджера Эдвардса, что можно было бы увидеть в Благочестивых Псалмах, где он изображает «святой град новый Иерусалим» и переносится мысленно на «новые небеса и новую землю». Эдвардс, несомненно, повлиял на Ди, коему 24 марта 1583 года дух подробно поведал о движении природы и разума, рассказав как «из этого возникают Новые Миры. Новые Пути; Необыкновенные Люди…» [17] Возможно, утопия шекспировской Бури была изготовлена именно в духовной мастерской круга Ди.

Апокалиптический этос 1580-х достиг к тому моменту исключительного напряжения – или устрашения, ибо победа Антихриста, Римского Папы, была центральным пунктом, вокруг которого была закручена интрига событий, вкупе с поражением Испании. Джон Эйлмер, ставший лондонским епископом, предложил королеве Елизавете мессианскую задачу по уничтожению в Британии Антихриста, позднее в 1576 году Джеймс Сэндфорд в своем переводе Дома Отдохновения Гвиччардини развил данную тему, видя в Елизавете «более божественных качеств», нежели «в королях и королевах иных стран». [18] Ее миссией было установление нового золотого века. Сэндфорд, который глубоко верил в эпоху или «статус» миллениума, был, вероятно, «мистером Сэндфордом», о котором упоминается в ангелических дневниках Ди. [19] Он перевел Откровение Св. Иоанна (1582) Джакопо Брокардо. Последнего справедливо рассматривают в качестве важного предшественника розенкрейцеров: 120 лет, что пролетели между смертью легендарного Кристиана Розенкрейца и обнаружением его могилы, были предсказаны Брокардо в его теории трех стадий, ведущих к низвержению Антихриста. Стадии – каждая по сорок лет – представлены Савонаролой, Лютером и борьбой с Папой/Антихристом. [20] Конечная цель должна быть достигнута в году 1600-м, но розенкрейцерские манифесты сместили веху к 1604 году, когда была открыта гробница Розенкрейца. Спасаясь от инквизиции, Брокардо отплыл из Венеции и направился на север Европы. Будучи в 1577 году в Англии, он почти наверняка познакомился с кругом Ди – Сидни.

Теперь нам стоит бегло взглянуть на оккультное окружение, коему Ди наследовал, на те общества с эзотерическими и скрытными пристрастиями, что были в моде в утонченной Европе. Итальянские Платоновские академии по-прежнему процветали и продолжали множиться. Во Франции поэты и интеллектуалы стекались в Pléiade, центр платонизма (дом Даниэля Роджерса, ami Ди и сэра Филипа Сидни), до тех пор, пока Генрих III, монарх из рода Валуа не основал сначала свою Дворцовую Академию, о которой Вальсингам имел повеление в феврале 1576 года, и затем в 1583 в Винсене загадочное Братство Иеронимитов ("Confrèrie d'Hieronymites"). Начавшись с двенадцати участников, оно было средоточием экспериментов с наркотиками. Братство было продолжением более раннего Ордена Святого Духа, основанного в 1578 году, к которому принадлежал французский посланник в Англии, утонченный Мишель де Кастельно де Мовисьер, в лондонском особняке коего два года гостил Джордано Бруно. [21] Семья Любви, каковая стала вызывать опасения у властей отчасти потому, что пополняла свои таинственные ряды в значительной степени за счет недворянских кругов, вероятно, насчитывала в 1580 году в Англии целую тысячу приверженцев.

Относительно Ди существует одно немаловажное посмертное утверждение. Элиас Эшмоул услышал его по прошествии нескольких десятилетий после смерти Ди, о том, что он был «был опознан как член Братства R.Cr., членом этого Братства … Филиппом Цайглером…» [22] Филип Цайглер, революционный розенкрейцерский пророк, прибыл в Англию в 1626 году и наделал много шума. Ди умер в 1608 году. Я не обнаружил никаких фактов, подтверждающих утверждение Цайглера. Однако возможно, что Ди был знаком с Фрэнсисом Тинном, поэтом из лондонского Общества «Розы», изучавшим алхимию. В своем дневнике под датой 1 марта 1589 Ди записал: «Я получил письмо от мистера Тинна». [23] Касательно сэра Эдварда Дайера, близкого друга и поклонника Ди на протяжении многих лет, Джон Обри пишет, что его «многие труды на ниве химии, были оценены неким Розенкрейцером» [24] Дайер оставил сей бренный мир в 1607 году. Достоверность не была сильным местом ни у Цайглера, ни у Обри, и их утверждения следует принимать с осторожностью.

Однако, значимые связи с розенкрейцерством могли быть установлены через двоих слуг Ди. Кук работал на мага с 1567 по 1581 год. Они повздорили и расстались, однако за тем помирились, и Кук вернулся на службу к Ди в 1600 году. Оказывается, что в качестве ассистента Корнелиуса Дреббеля, алхимика-изобретателя, пока тот трудился на императора Рудольфа II в Праге вплоть до 1612 года, значился «Роджер Кок». С большой долей вероятности можно сказать, что «Кук» Ди и есть «Кок». Дреббель же был одной из наиболее значимых фигур среди розенкрейцеров. [25] Приблизительно с 1603 года и вплоть до смерти Ди у него был молодой ученик по имени Патрик Сэндерс, которому после ухода учителя достались некоторые из его манускриптов. Со временем, став сотрудником Лондонского медицинского колледжа, Сэндерс подготовил к печати труд Роджера Бэкона Epistola … De Secretis Operibus Artis et Naturae, который был опубликован в Гамбурге в 1618 году. Он посвятил это издание братству розенкрейцеров. [26]

Чтобы максимально полно проникнуть в загадку Ди, нам стоило бы поискать свидетельства, оставленные его современниками. Пожалуй, лучше всего было бы начать с любопытного комментария Филипа Сидни, адресованного Юберу Ланжэ 11 февраля 1574 года. После критики Commentarioli Brittanicae Хамфри Луйда (Lhuyd), Сидни пишет: «Однако, конечно, существенно… для тебя помнить, что наш «неизвестный Бог» [Ди] из той же земли и субстанции, и встретит твое несвоевременное появление много смеясь, если примет как родного брата; в противном случае в своем гневе он, вероятно, может замахнуться на тебя своей иероглифической монадой, подобно Юпитеру, метающему молнию – ибо такова ярость духов небесных». [27] Сидни, который изучал химию, «ведомый Богом, с Ди в роли учителя и Дайером в роли компаньона», делает остроумное замечание, центром коего является фраза – «наш “неизвестный Бог”» – чьи полномочия воспринимались более серьезно. [28] Сидни прямо намекает на культивирование prisca theologia – изначальной религии внутри общепринятой, следовательно, зададимся вопросом, приобрела ли секта Ди к 1574 году определенную форму? Мы не можем быть уверены относительно этого, точно можем сказать лишь одно: культ Джона Ди был фактом действительности. Интеллект и эрудиция Ди, вызывавшие восторг у других возвышенных, стали питательной средой для его неутолимого эгоизма.

Об ограниченности спенсерианства говорит тот факт, что его последователи не распознали портрет Ди и, косвенно, соответствующее ему положение – которые можно обнаружить в эпизоде с Замком Умеренности во Второй Книге The Faerie Queene. Спенсер описывает троих «благородных мудрецов», второй из коих «давал наилучшие советы». Ди, безусловно, был человеком практики, разрабатывавшим исследовательские программы. Эта фигура находится во второй комнате, стены которой оживляют «знаменитые маги», а также «всяческие искусства, науки и направления философии». Спенсер изображает Ди как «человека опытного и зрелого возраста», который «размышлял всю свою жизнь, каковой через постоянные раздумья и практику взрастил истинную мудрость и поразительное глубокомыслие». Эдмунд Спенсер, который трудился в 1580 году над The Faerie Queene, был сотоварищем Дайера и Сидни по Ареопагитову поэтическому обществу.

Взаимоотношения между Ди и кругом Сидни детально не зафиксированы. Но что касается других - последствия были просто потрясающими. Неуклюжее танго, что танцевал Ди с алхимиком и исследователем Эдрианом Джилбертом, двоюродным братом сэра Уолтера Рэйли, превосходно описано в духовных дневниках. 26 марта 1583 года Ди вопрошает у духа: «Должен ли Эдриан Джилберт быть посвящен в эти Таинства?» В заметках на полях Ди замечает, что Джилберт «может быть посвящен, однако он не должен быть Практиком». [29] Степень, до которой Джилберт может быть «посвящен в наши практики», доставляла Ди постоянное беспокойство. К 1590-м Ди обзавелся новыми близкими друзьями. Мы располагаем заметками сделанными им на книжном форзаце, датированными 31 мая 1594 года, где он наградил «м-ра Баркера» (врач Томас Баркер?) и «м-ра Элпеда» (несомненно Ричард Элред) титулом «Discipulos» - учеников! Касательно Элреда, 23 марта того же года Ди отмечает в дневнике: «Маг разоблачен дружбой м-ра Ричарда Элреда». Увы, никого дальнейшего пояснения у Ди нет. [30]

Внутри его собственного круга наиболее серьезным конкурентом Ди был флорентийский патриций Франческо Пуччи, утопист с неустойчивыми и непостоянными взглядами. [31] Тяготевший к протестантизму, он впервые прибыл в Англию в 1572 году и два года спустя получил в Оксфорде степень магистра гуманитарных наук. В следующем году он был исключен из университета. Перейдя в Лондоне из итальянской церкви во французскую, вскоре он снова оказался вовлечен в конфликт. Его буйный характер и репутация протестанта-антикальвиниста должны были с неизбежностью привести к чему-то подобному. Покинув к 1577 году Лондон, он направил свои стопы к Фаусто Социну в Базель, правда, вскоре его изгнали и оттуда. Вернувшись в 1579-80 годах в Лондон, он вновь подвергся преследованиям и отправился в Голландию, где оказался в обществе известного ученого Юста Липсия, чья политическая мысль оказала влияние на Шекспира, и кто был уличен в фамилистских устремлениях несколько лет спустя. Пуччи вернулся в Лондон, где, как полагают, в 1581 году он завершил – или целиком написал - Forma d'una repubblica cattolica. По прошествии нескольких столетий, его рука была распознана в этом утопическом тексте.

Пуччи предлагал создать тайную «республику» из добрых людей всех стран, каковые должны подготовить мир к великому собору, что вновь сделает христианство единым. Копируя печально известных анабаптистов, чья причастность к социальным и политическим потрясениям десятилетиями ранее навлекла анафему на их имя во всех почтенных кругах, проект Пуччи включал организацию «Колледжей», где главными должностями были бы Ректор, Канцлер и Цензор, на которые сроком на четыре года избирались бы мужчины старше 25. На дружественных территориях время от времени происходили бы центральные совещания, в случае необходимости инкогнито, под маской торговцев. Внешне организация проявляла бы лояльность к законам данной страны и подчинялась бы ее гражданским властям; данное условие демонстрирует фамилистское влияние на размышления Пуччи. Его стремлением было единение всех людей в общину, которая включала бы даже мечеть и синагогу. Его ближайшая цель – уврачевание христианского раскола – должна была быть достигнута путем созыва великого собора «духовных лиц» и «поклонников истины». Временами он считал, что подобный собор должен быть созван Папой. [32]

Заново открытый в Италии в двадцатом веке, Пуччи вызвал волнительную дрожь в академических кругах. Кто-то был удивлен отсутствием в итальянской традиции явных предшественников утопии Пуччи, не учитывая при этом, что она могла отражать мысль и обстановку Англии. Мы знаем, что в 1570-х сильное влияние на Сидни и Даниэля Роджерса оказали эйренистские импульсы, каковые были не только следствием парижской резни гугенотов в ночь св. Варфоломея 1572 года. Первоначально в их помыслах было исцелить раскол внутри протестантизма: раскол между лютеранами и кальвинистами. Религиозные воззрения этих мыслителей, несмотря на имеющееся протестантское основание, не могут быть сведены к какому-либо строго ортодоксальному направлению. Хотя на первый взгляд нет никаких достаточных оснований предполагать, что Пуччи познакомился с Ди к 1581 году, остается существенная возможность того, что на самом деле его утопия может являться выражением общих мыслей, циркулировавших внутри закрытого круга мага.

Вне всяких сомнений, что к 1585 году Пуччи встречался с Ди и великолепным ш****ом от алхимии Эдвардом Келли в Кракове в Польше. Пуччи сопровождал этих двоих в их путешествии в Богемию. 20 августа он был с ними в Праге. [33] В июле 1586 года Ди отметил в своем дневнике, что он и Келли оставили Пуччи в своих апартаментах в Праге. Духовные дневники Ди оживляются периодическими приступами явной паранойи, однако в данном случае его опасения выглядят довольно обоснованными. В Эрфурте он написал: «Мысль о том, что Пуччи вернется в нашу кампанию, болью отдается в моем рассудке, как по причине его необузданности в спорах, так и из-за того, что разбалтывает наши секреты, не имея на то нашего разрешения или расположения к себе и не совершая каких-либо добрых деяний». [34] Столь чувствительным Ди стал по причине существенной: папский нунций при дворе императора Рудольфа II жаждал его крови. О Пуччи валлийский маг писал: «Он с нашими смертельными врагами приготовил для нас приманку, чтобы загнать нас в ловушку с помощью красноречивых льстивых слов». [35] Пуччи попытался убедить Ди и Келли отправиться в Рим, дабы провести сеанс по вызову ангелов в присутствии Римского Папы. Они мудро отвергли столь заманчивое предложение. К 1587 году изменчивый Пуччи вновь обратился в католицизм. С толку сбивает одно, почему Ди немедленно не прервал столь опасное знакомство, может, полагал, что поступок Пуччи был искренним, а не простой уловкой с целью низвергнуть католические авторитеты? Так или иначе, он не стал этого делать, и нелегкие взаимоотношения продлились еще какое-то время. То, что Ди рассматривал собственный круг как, по сути, формальную секту, предполагалось комментарием, который он позднее оставил в отношении Пуччи, которого он охарактеризовал как «практиканта, еще не признанного, но уже известного нам настолько, чтобы лишить его слова». [36] Значит, имелся статус членства повыше, нежели кандидат. Сам Ди намеревался занять еще более высокую ступень. На сеансе в Праге 29 августа 1584 года с ним связался дух Уриэль, Ди открыл свое сердце: для него было «наиболее желанно в скорости проникнуть в Школу Мудрости…» [37] Пуччи несомненно принадлежал школе не-мудрости: он попал в руки инквизиции и в 1597 году был обезглавлен и сожжен ею в Риме.

А что можно сказать о религиозных убеждениях Ди во время пребывания его в Богемии? Лютеранин Будовеч (Budovec) так описывает его аудиенцию у Рудольфа II: его «в первый раз приняли хорошо; он утверждал, что в христианском мире вскоре должно произойти чудесное преобразование, которое подтвердит падение не только Константинополя, но и Рима. Таковые убеждения он не уставал распространять среди простого народа». В июне 1586 года венецианский посланник писал, что Ди «не проповедует христианской жизни, но заявляет, что получил откровения от ангелов… Когда Папа был проинформирован, он справедливо стал опасаться возникновения новой секты». Пуччи, который полагал, что был свидетелем пророческих откровений на сеансах Ди, в Actio Pucciana, в каковых принимал участие ангельский дух, «получил великое подтверждение своих надежд о близящемся обновлении всех вещей, которые Господь сделает совершенными…» Ди записал указания ангелов в 1586 году, в которых подчеркивается его неортодоксальное христианство: «Тот, кто желает стать мудрецом, не должен взор свой обращать ни направо, ни налево; ни на того, кто зовется католиком, ни на того, кого зовут еретиком (я призываю вас к этому); но стоит взглянуть ему на Бога земного и небесного и Сына его, Иисуса Христа». [38]

Заключение Р.Дж.У. Эванса относительно того, что Ди верил в своего рода мистическое универсальное откровение шокировало меня своей совершеннейшей неадекватностью, вероятно, в связи с тем, что ведет к тому, чтобы присвоить магу определение квиетиста, последователя пассивного христианского направления. [39] Нам же, наоборот, необходимо рассматривать его – особенно в свете его тесных взаимоотношений с Роджером Эдвардсом, дружба с которым продолжалась вплоть до конца 1590-х – как законченного апокалиптика и милленариста, обладающего активной, деятельной натурой. Его стремленье к ангельскому водительству было сознательно функциональным, призванным направлять его многообразные предприятия – например, исследование Америк или перекраивание политической карты Центральной Европы, с Рудольфом II в качестве главного приза.

Доктор Адам Кларк, гебраист, алхимик, астролог и каббалист был, вероятно, ведущим методистским интеллектуалом начала 19 столетия. К сожалению, его манускрипт «Mysterium Liber», очевидно, полностью исчез с лица земли. Однако, по крайней мере, мы располагаем строками Кларка, повествующими об этих поразительных усилиях: «N.B. Коль скоро установлено, что шесть книг Таинств, каковые были извлечены Элиасом Эшмоулом, эсквайром, из бумаг Джона Ди, хранившихся в Библиотеке Слоана, …являют собой собрание бумаг, связанных с государственными отношениями между Елизаветой, ее министрами и различными иностранными силами, в коих доктор Ди был задействован иногда открыто в качестве официального лица, а порою как шпион, я предполагаю сделать извлечение из всей работы и постараюсь, если возможно, дать ключ к Таинствам. А.К.» [40]

Прослеживая истоки розенкрейцерства, комментаторы зачастую обращали внимание на таинственные путешествия Николя Барну (Barnaud), алхимика-гугенота, касательно которого в течение веков набралось множество загадок. [41] Известность Барну покоится, отчасти, на его авторстве наиболее спорного из всех гугенотских политических полемических сочинений, Lé Reveille-Matin des Francais et de leurs voisins (prétendus), чье первое издание датируется 1573 годом, что объясняет использование им псевдонима Eusèbe Philadelphe. Эта ультрарадикальная работа, которая была весьма расширена в последующих изданиях, выдает направление мысли более созвучное революционерам 1789 года, нежели аристократам-гугенотам 1570-х и их излюбленных теологов. Будучи откровенно антицерковно настроен, автор настойчиво требует брака для священников и отмены церковной десятины, развивая тему великого союза гугенотов и дома Гизов для ниспровержения династии Валуа, оправдывает тираноубийство и право на сопротивление угнетению, и обрисовывает контуры новой формы политического контроля над обществом в чисто республиканском русле. [42] Ужаснувшись, великий кальвинистский писатель Беза поспешил в Женеве осудить книгу. Ее копии имелись как у Джона Ди, так и у Габриэля Харви.

С именем Барну связывали множество анонимных работ, до сих пор не было ни одного удовлетворительного описания его жизни. С определенностью нам известно, что он родился в Crest in Dauphiné, в 1559 году посещал Испанию, а в 1572 был в Париже и бежал в Женеву, где трудился на дипломатическом поприще у осажденных протестантов. [43] Его имя постоянно произносилось неправильно – как «Берно» или «Бернард». Это порождает интригующую возможность, на которую историки до сих пор не обращали внимания, ибо в Returns of Aliens за ноябрь 1571 года мы сталкиваемся с «Жаком Таффином, который был приближенным короля Франции, родился в Турне во Фландрии… Его жена Анна, родилась в Турне. Ги Барнар и Николя Барнар, братья вышеозначенной Анны,…, и все прошлые годы подвергали нападкам церковь, и до сих пор не принадлежат никакой церкви, но иногда посещают французскую». [44] К сожалению, мы не располагаем иной информацией, позволяющее прояснить, был ли это наш Берну или нет. Поселившись в свои зрелые годы во Франции, он был отлучен от местной церкви, описанной им как «эта чума». Его религиозные взгляды были близки к взглядам Социна, который отвергал Святую Троицу. [45]

Теперь нам следует перейти от Барну - политика к Барну - алхимику. Два его алхимических трактата были опубликованы в Голландии Кристофером Рафеленгием, внуком фамилиста Кристофера Плантина; прочие – в Лейдене Томасом Бассоном, фамилистски настроенным англичанином. Именно его сын Говэрт Бассон – также фамилист – издал самые ранние розенкрейцерские памфлеты Роберта Фладда. Бассоновское издание Quadriga Auriferae Secunda Rota было посвящено сэру Эдварду Дайеру, хотя из предисловия Барну, датированного июлем 1599, явствует, что лично с этим английским рыцарем он знаком не был. Однако, вполне возможно, что Барну познакомился с Ди не позднее 1583 года. Вопреки утверждению А.Э. Уэйта, Барну нигде не говорит, что был свидетелем того, как Эдвард Келли превратил ртуть в золото в пражском доме Таддеуша фон Хайека. [46] Он утверждает, что видел «проекцию», которую Хайек совершил в 1583 году в Праге при помощи своего сына. [47] Дело обстоит таким образом, что в этом году Ди и Келли были весьма радушно встречены Хайеком, который принимал их в своем пражском доме. Кажется, Хайек был знаком с сэром Филипом Сидни: его сын, направленный на учебу в Англию, был вверен его попечению. [48] Мы можем заключить, что Барну познакомился с Ди в 1583 году, однако, доказательств этому у нас нет.

Значение Барну определяется тем, что в алхимической традиции он рассматривается, как ключевой предшественник розенкрейцерского братства, хотя доказательства подобного рода утверждения в высшей степени сомнительны. Эта традиция выкристаллизовалась в книге Дж.С. Землера Unparteiische Samlungen zur historie der Rosenkreuzer, вышедеей в 1788, каковая утверждает, что в 1591 году Барну, о котором известно, что в тот год он путешествовал по Франции и Голландии, основал алхимическое общество. Землер доходит до того, что утверждает, что великая коллегия братства розенкрейцеров собиралась в 1591 и 1597 годах, подразумевая, что Барну, вероятно, имел отношение, по крайней мере, к последней встречей. [49]

Землер не озаботился документированием таких утверждений. Даже если они содержат хотя бы частицу истины, Ди – у которого в Богемии и Польше были с Барну общие друзья-покровители – едва ли слышал о подобных событиях. Но то, что Барну мог организовать что-то наподобие алхимической секты, вполне из области вероятного, так как в 1597 году Барну создал свой Commentariolum in Aenigmaticum quoddam Epitaphium, каковой содержал «алхимическую мессу», изначально написанную болгарином Николаем Мельхиором. Чем больше мы узнаем об алхимиках Ренессанса, тем больше уважаем их за практические склонности: все ими описанное, они, как правило, старались выполнить в собственной лаборатории. Почему Барну редактирует эту «мессу», точно также как двумя десятилетиями позже это сделает Михаэль Майер, если она не предназначалась для коллективного исполнения? 50

Перевод: © Д.Б. Зеленцов


--------------------------------------------------------------------------------

[1] Public Record Office. Proceedings in Court of Requests Cat. I lxxvii 48.

[2] J.E.Van Dorsten The Radical Arts p. 23. Ecclesiae Londino-Batavae Archivum vol. I (1887) ed. J.H. Hessels; letter of 7/17 January 1604, pp. 157-60.

[3] Stephen Batman The Golden Booke of the Leaden Goddes (1577) описывает три градуса обращенных: община святых, колонна разумеющих, просвещенные старейшины. В Англии у них были епископы, старейшины и дьяконы. Касательно Милиуса см. статью A. Hamilton in Quaerendo vol. xi(1981) pp. 278-9.

[4] J.A. Van Dorsten op. cit. p. 29.

[5] A Supplication of the Family of Love....(1606) p. 46: «Как оказалось, при ней [Елизавете] всегда находился кто-то из Фамилистов, или лидеров той Секты, каковые всегда доносили ей или сообщали новости о том, что было совершено или замышлено против них».

[6] J. Roberts & A.G. Watson eds. John Dee's Library Catalogue p.13.

[7] Samuel Purchas Hakluytus Posthumus or Purchas His Pilgrimes vol. I (1905 ed.) 105-6. Трактат Ди достигает в объеме 70 листов.

[8] Private Diarv of Dr. John Dee (1842) ed. J.O. Halliwell.

[9] British Library MS Cotton Galba C.V.

[10] Calendar of State Papers (Dom.) 1547-1580 p. 332.

[11] British Library MS. Lansdowne 353.

[12] British Library MS. Cotton Vitellius C.V. II fs. 312-14, 325-28. On William Herbert: f. 312.

[13] Private Diary of John Dee op. cit. p.3.

[14] William Harbert Epicedium (1594) first stanza.

[15] A.L. Prescott French Poets and the English Renaissance p.179. Я рассматриваю Дю Барта в истории раннего английского франкмасонства.

[16] C.A. Patrides & J. Wittreich eds. The Apocalypse p. 181.

[17] British Library MS. Sloane 3677 f. 99v.

[18] C.A.Patrides & J.Wittreich op. cit. p. 96.

[19] Brit. Lib. MS. Sloane 3677 fs. 137v, 144v.

[20] Johann Valentin Andreae 1586-1986. Catalogue by Bibliotheca Philosophica Hermetica, Amsterdam (1986) p. 27. Друг Андреа, Тобиас Гесс, который, возможно, был соавтором розенкрейцерских манифестов, жадно изучал Брокардо.

[21] F.A. Yates The French Academies of the Sixteenth Century (1947) pp. 156, 157, 171, 226.

[22] Peter French John Dee p. 14.

[23] Private Diary of Dr. John Dee op. cit. p.61.

[24] Dictionary of National Biography.

[25] J. Roberts & A.G. Watson op. cit. p. 4. О Дреббеле см.: R. Heisler "Rosicrucianism: the First Blooming in Britain" The Hermetic Journal 1989 pp. 38-40.

[26] Ibid. p. 38. J. Roberts & A.G. Watson op. cit. pp. 58. 60-2.

[27] J.M. Osborn Young Philip Sidney 1572-1577 p.146.

[28] Roger Howell Sir Philip Sidney p. 137 quoting Dr. Thomas Moffett's Nobilis. Моффет знал Сидни.

[29] Brit. Lib. MS. Sloane 3677 fs. 104, 164(?).

[30] Private Diary of Dr. John Dee op. cit. pp. 48, 52. J. Roberts & A.G. Watson op. cit. pp. 101, 28.

[31] Полезные комментарии по поводу Пуцци можно найти в E.Cochrane ed. The Late Italian Renaissance; also see Dict. of Nat. Biog. Biography in Francesco Pucci Lettere, documenti e testimonianze vol. II ed. L. Firpo & R. Piattoli.

[32] M. Eliar-Felden "Secret societies, utopias, and peace plans: the case of Francesco Pucci" Journal of Medieval and Renaissance Studies vol.14 (1984).

[33] О Роджерсе см.: J.E.Phillips Neo-Latin Poetry of the Sixteenth and Seventeenth Centuries (1965) p. 11 re. C. Plantin the Familist publishing his Latin poems in 1565. Роджерс был знаком и связан с некоторыми фамилистами. А, может, и сам был фамилистом? Кто знает? Also pp. 13, 16, 18, 19.

[34] True Relation of Dr. John Dee (1659) ed. M. Casaubon p.430.

[35] F. Pucci Lettere, documenti e testimonianze op. cit. p. 182.

[36] Ibid. p. 187.

[37] True Relation of Dr. John Dee op. cit. p. 206.

[38] R.J.W. Evans Rudolph II and his World (2nd ed.) p. 224. State Papers (Venetian) vol. VIII (1581-1591) p. 169. R.J.W. Evans op. cit. p. 103. P. French John Dee p. 120.

[39] R.J.W. Evans op. cit. p. 224.

[40] List of MS formerly in possession of the late Dr. Adam Clarke. Baynes & Son Sale Catalogue (1837), копия из Британской библиотеки.

[41] Nouvelle Biographie Universelle (1853). H. Hauser Les Sources de l'Histoire de France XVI Siècle (1494-1610) vol. III. A.E. Waite The Brotherhood of the Rosy Cross pp. 75-79. Новые полезные материалы в R.J.W. Evans op. cit. pp. 200, 208, 212-13, 283. Но наиболее важным обзором по-прежнему остается Prosper Marchand Dictionaire historique vol. I (1758) pp.82-87.

[42] J.W. Allen History of Political Thought in the Sixteenth Century pp. 308-9.

[43] R.M. Kingdon Geneva and the Constitution of the French Protestant Movement 1564-1572 pp. 185-6.

[44] Returns of Aliens dwelling in.... London from Henry VIII to James I Part II (1571-1597) ed. R.E.G. Kirk & E.F. Kirk p. 38.

[45] Dictionaire de Biographie Francaise (1951). Барну умер в 1607.

[46] Theatrum Chemicum vol III(1659) pp. 796-7. C. Nicholl The Chemical Theatre p. 21 quoting from Waite's edition of F. Barrett's Lives of the Alchemists.

[47] Theatrum Chemicum vol III p. 749.

[48] True Relation.... op. cit. p. 212. J.M. Osborn op. cit. pp. 242, 299, 313, 318, 435. Сидни был в Праге в 1575 и 1577 годах. Юбер Ланже, очевидно, написал предисловие.

[49] J.S. Semler Unparteiische.... der Rosenkreuzer Book I pp.89, 83, 90, 91

[50] R.J.W. Evans op. cit. p. 200.

Записан
Elimas
Новичок
*

Карма: -1
Офлайн Офлайн

Сообщений: 5


« Ответ #1 : 23 Август 2011, 13:03:59 »

Спасибо! ИНТЕРЕСНО!!!
Записан
Страниц: [1]   Вверх
Печать
Перейти в: